oficery (oficery) wrote,
oficery
oficery

Накануне Дня Победы в Литве огласят приговор 96-летнему ветерану войны | ОФИЦЕРЫ РОССИИ



Накануне Дня Победы в Литве огласят приговор 96-летнему ветерану войны

В Литве 22 марта завершился процесс над гражданином России Александром Кардановским, которого литовские прокуроры просят наказать лишением свободы сроком на семь лет. Приговор будет оглашен 7 мая этого года в Каунасском окружном суде, сообщает ИА REX.

96-летний ветеран, участник Великой Отечественной войны, прошедший до Берлина, орденоносец, произнес свое последнее слово. Издание цитирует его полностью:

«Уважаемый суд, участники процесса!

Используя свое право на последнее слово я долго размышлял, что с моей точки зрения является самым важным и о чем необходимо сказать суду, не прибегая к повторениям. У рассматриваемого дела есть два аспекта - это уголовно-правовой и морально-политический.

Говоря о юридической стороне дела я уже высказывался, моя позиция не изменилась. Считаю, что никаких доказательств моей вины нет. Тем не менее, прокурор, обращаясь с требованием признать меня виновным, просит назначить наказание в виде 7 лет реального лишения свободы. Что я чувствую, будучи подсудимым в 96 лет, участником Великой Отечественной войны, прошедшему ее от первого до последнего дня, участником битвы за взятие Берлина, награжденного орденами, 26 медалями, двумя грамотами Президиума Верховного Совета Литовской ССР, всю свою жизнь, добросовестно и честно служившему своей Родине? Ничего, кроме возмущения и оскорбления. Я родился и вырос в советский период, являюсь, так сказать, продуктом своего времени, со своими взглядами и убеждениями, с которыми можно не соглашаться, но еще раз твердо заявляю, что никаких преступлений за свою долгую жизнь не совершал.

С другой стороны, не признавая себя виновным в юридическом аспекте, моя позиция вызывает негативную реакцию в обществе. Так, в газете Летувос ритас от 18 января 2013 года (в электронном варианте), опубликована статья журналиста Нериюса Повилайтиса «Тени прошлого догнали сотрудника безопасности спустя 63 года». Как я понимаю, он присутствовал на заседании во время дачи мной показаний. Однако моя позиция по субъективной стороне, понимания и оценке исторических условий 1949 года, того времени, искажена и не соответствует моим показаниям, преподнесена как мой вывод, что никакой оккупации не было, хотя я таких заявлений не делал. По каким причинам он предоставил такую информацию читателям, не знаю и суть не в этом. Но статья с ложной информацией вышла во время судебного процесса, получила много для меня негативных комментариев. Понимаю, что общественное мнение сформировано не в мою пользу и пытаясь доказать свою невиновность с юридической точки зрения, невольно выгляжу сторонником такого трагического явления, как депортация. Хочу подчеркнуть, что нет никакого оправдания этим трагическим событиям, и расцениваю депортацию как грубейшее нарушение прав человека и трагедию в истории Литвы.

Не желая касаться политики, не могу не сказать, что общественное мнение сформировано и благодаря общей позиция государства в этом вопросе. Прежде всего, на законодательном уровне принимаются законы, не соответствующие нормам международного права. Я еще раз хочу подчеркнуть, что высказываю свое личное мнение, не претендующее на истину. Но принятый закон о том, что органы государственной безопасности советского периода являются преступными, репрессивными нарушает презумпцию невиновности. В законе констатируется факт, а не норма права, хотя по ст. 109 действующей Конституции Литовской Республики утверждается, что правосудие исполняет только суд. В моем понимании, что организация преступна можно только рассмотрев дело в суде, но такого процесса не было. Такой закон носит декларативный характер и не может быть применен в уголовном праве, как одно из обоснований привлечения к уголовной ответственности. Следуя этой логике, можно сделать и вывод о том, что все люди, работающие в этой организации, заранее признаны преступниками, хотя данная организация являлась составной частью легитимной государственной власти.

Из позиции прокурора, поддерживающего обвинение в суде, понимаю, что обвинительный уклон в этом деле существует. Еще на стадии досудебного расследования я дал показания, касающиеся объективной и субъективной стороны. Во время судебного заседания, после допроса специалиста института по исследованию геноцида, было изменено обвинение - из лица, издавшего приказ и организовавшего выселения, я превратился в участника, исполнителя выселения в группе 12 лиц, которые не допрошены в деле, и с которыми я знаком не был, совершенно искажая значение определения исполнителя в уголовном праве. Напоминаю, что основная задача прокурора - это организация и контроль за правильным примением закона и защиты прав человека, а не действуя по принципу «был бы человек, а статья найдется». До сих пор мои показания не опровергнуты, прокурор не проанализировал мою позицию по оценке субъективной стороны, не представил суду никаких доказательств, документов, на основании которых я должен был понимать, что работал в 1949 году в условиях оккупации. Должное исследование только этого одного элемента состава преступления, на мой взгляд, должно было прекратить уголовное преследование на стадии досудебного расследования.

Мне только остается сожалеть, что привлекая к уголовной ответственности рядовых сотрудников, сотрудников низшего звена, не имеющих никаких возможностей влиять на решения, принимаемые на государственном уровне, не имея возможности в то далекое прошлое объективно оценить ситуацию, является аморально и негуманно и является по сути жертвоприношением «стрелочников» в угоду коньюктурной ситуации настоящего времени.

Я не прошу о снисхождении, а призываю суд принять справедливое, объективное и юридически обоснованное решение, которое бы соответствовало бы духу толерантности, гуманизма, актуальности сегодняшнего дня, независимое от внешнего воздействия, основанное только на принципах закона».

Как информирует ИА REX, это не первое дело подобного характера в Литве. Так, в ноябре прошлого года Каунасский окружной суд 1-й инстанции вынес обвинительный приговор гражданину России Табакаеву М.В., 1925 года рождения, которому инкриминировалось участие в «насильственном выселении в отдаленные районы СССР гражданских лиц в период советской оккупации». Несмотря на то, что не признавший вину ветеран в заключительном слове заявил, что боролся с бандформированиями «лесных братьев» и их пособниками, от рук которых погибли десятки тысяч мирных жителей Литвы, он был приговорен к 2 годам частичного ограничения свободы. Ему запрещено без уважительной причины выходить из дома с 23.00 до 6.00, а также менять место жительства.

В октябре прошлого года литовские прокуроры предъявили 96-летнему ветерану обвинение в том, что, работая в 1948 году в следственном подразделении МГБ ЛитССР, выносил постановления о выселении из республики граждан, причастных в тот период к борьбе против советской власти в Литве.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments